• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: настроение №1: на одном дыхании (список заголовков)
20:33 

Ты - только голос в моей голове.
из-под двери пахнет краской, я люблю, но сейчас слишком уж сильно; всю ночь распахнуты окна и снится крошечный город, охваченный войной, о которой никто больше не знает и о которой все притворяются, что ее нет; запах лета на таганке, семинар в.п. по шекспиру и ощущение, будто проваливаешься куда-то глубже самых темных глубин; еще два дня - и потом опять глухое лето, томительное, пересоленное, бездейственное; без настроения шла на шекспировские хроники; вместо них смотрела "антигону"; с одной стороны очень правильно прочтенная; и конфликт вот - не человека и рока, не внутренний, а между двумя людьми, у каждого из которых своя правда; и жуткий в собственной правоте креонт, уже старик, чувствующий себя всесильным в начале; и хор с корифеем, участницы его поочередно становятся антигоной и вновь входят в толпу; но слишком однолинейная антигона, на сцену вышла, чтоб умереть; и ничто ей больше не интересно, не нужно, не важно; ей только умереть хочется, ей даже не страшно
сегодня в рамте обсуждали шесть рецензий, а до этого слушали, как читает стихи денис баландин, и дуэт для скрипки и альта, и стеклянные звуки рояля, и прямо вот смотришь в его глаза и даже если весело, то все равно страшно, и даже если хорошо, то все равно чуточку больно - пастернака читал, самойлова, пушкина;
читаю юрия казакова, если поехать искать его север, то, наверное, ничего не найдешь

(с)  Paulinne

@темы: настроение №1: на одном дыхании

13:15 

Ты - только голос в моей голове.
а я все равно никогда не смогу любить тебя так, как нужно. не смогу помочь тебе выбрать свитер с ромбиками в джеке джонсе, не смогу устало целовать тебя в щеку, не смогу пустым голосом отвечать: "я тебя тоже", "и я тебя", или, еще хуже "я тебя сильнее", не смогу засыпать на твоем плече, не смогу спокойно поправлять тебе воротник рубашки или ходить с тобой пить кофе в универмаг. почему-то это кажется полным абсурдом, чем-то совершенно недопустимым, и вряд ли все может быть лучше, чем сейчас, и это угнетает.
я умею любить тебя панически, судорожно, отчаянно, захлебываясь этой своей дурацкой любовью, задыхаясь, сходя с ума; я отлично умею представлять, как ты, на 200 метров ближе к вокзалу, одновременно со мной слушаешь invincible; умею вздрагивать при виде каждой синей куртки на улице; умею лежать на полу на кухне, смотреть в потолок и плакать; умею портить собственную жизнь, менять до неузнаваемости, а потом, оглядываясь, замечать, что все друзья куда-то делись. а ты, ты называешь меня другом, но какие к черту друзья, когда я так восхитительно люблю тебя, а тебе так восхитительно все равно.

я такое чудовище, прости меня.

©  unrealized

@темы: настроение №1: на одном дыхании

11:21 

Ты - только голос в моей голове.
он говорил ей: не уходи. я люблю тебя, я дышу только тобой. а она не верила: доктор, он меня любит? не знаю, вскрытие покажет, - сказал доктор и вскрыл черепную коробку. там были все. кто угодно. но только не она. она рассердилась и ушла. а он умер. при более подробном вскрытии, её, и только её следы были обнаружены в его лёгких. она оставила там кружку, какие-то деньги и укрепляющий лак для ногтей. за своими вещами она не пришла. наверное, думала, что забыла их в чьей-нибудь ещё черепной коробке. дура.

©  Красное молоко

@темы: настроение №1: на одном дыхании

15:29 

Ты - только голос в моей голове.
да-да, я тебя так люблю, так люблю, что раздражаюсь на каждое слово, случайно тобой брошенное, и мне совсем пофиг, что ты тоже хочешь, что бы с тобой обращались осторожно

©  Letaro

@темы: настроение №1: на одном дыхании

23:45 

Ты - только голос в моей голове.
Тянет в рот до обеда кусок вчерашнего пирога, выйдя из душа, скособоченно прыгает на одной ноге, подпевает телевизору, гоняет мяч от буфета до кухни, пялится в "Коммерсант", переходный возраст, седые волосы на груди, средний класс, последний звонок от чужой жены. Ты мужчина, – говорит ему телевизор, – соберись, почини, прикупи, перестань курить, застекли балкон, подари ей эти четыре дня, ты мужчина, выключи, наконец, меня, ты уже большой, ты можешь справиться с тишиной, постыдись, ради бога, не говори со мной. Отвечает ребенок: у меня в холодильнике оставалась клубника, кто ее съел? У меня закатился рубль под кровать, кому его доставать? У меня кольцо обручальное соскользнуло в море, кто принесет мне рыбу и сделает ей кесарево и этим ее убьет, кто потом набьет базиликом и солью ее живот, рыбу снесет в подвал, пригласит на пиво друзей, будет громким голосом глупости говорить и проснется утром с ног до головы в стыде, в желтоватой смрадной воде? Кто подарит мне самолетик, машинку, роту солдат, вечный огонь, посмертное имя на общей длинной доске, четыре дня на чужом песке? Я дитя, – говорит ребенок, – у меня на мокром месте глаза, кому бы про это сказать? Ты мужчина, – говорит ему телевизор, – ты субъект, целевая аудитория, электорат, средний класс, седые волосы на груди, почитай "Коммерсант" – это пишется о тебе, пососи корвалол – это варится для тебя, собери по полочкам плюшевых заек и отнеси в приют, заработай десять рублей, от клубники бывает сыпь, ты уже большой, ты можешь справиться и с собой, и со мной. Отвечает ребенок: почему ты сказал нам – "будьте как дети", – кто тянул тебя за язык? Я когда-то думал, что это ты разрешаешь нам плакать, мяч гонять по ковру, есть пирог до обеда, лепетать и хлопать в ладоши, ловя друг друга в солнечном ливне на платформе "Филевский парк", целовать стекло над маминой фотографией, говорить с телевизором до утра. А сейчас я знаю, что "будьте как дети" – это не дарственная на свободу, но послушание, каких еще поискать, потому что ты хочешь, чтобы сначала я пережил этот развод, шрам вдоль правого бока и то, что ты говорил и показывал позавчера, а потом со всем этим грузом пытался смотреть на ржавый костыль железнодорожного полотна и чувствовать, как за ребрами катается шар земной, как поет мой голос, фальшивый, но полный твоей весной, как струятся по небу эти четыре дня, как твой голос потрескивает за моей спиной и как мир – такой огромный, такой больной – причащается мной. Как ты хочешь, чтобы я все это вытянул, я дитя, – говорит ребенок, – у меня молочные зубы болят от мясной еды, кому бы про это сказать? Ты мужчина, – говорит телевизор, – я могу объяснить это только ребенку, не держи, пожалуйста, зла. Отвечает мужчина: я дитя, у меня короткая память, чего уж там.

© Линор Горалик

@темы: настроение №1: на одном дыхании

09:52 

Ты - только голос в моей голове.
Мы будем красться на кончиках пальцев и ловить дрожащими губами капли дождя, упавшие с ресниц. Ты - с моих, я - с твоих, улыбаясь как никогда искренне. А потом придёт осень, и ты упадёшь в омут лиственного огня, рассыпав по ветру волосы и подол длинной юбки, в которой запутались влажные от вечерней росы травинки. А потом я буду долго-долго смотреть, как тень от ветви клёна медленно скользит от твоей груди к плечам и, когда она укроет в недолгой темноте твои глаза, я опущусь на колени рядом и спрячу лицо в твоих волосах. А потом моя рука найдёт твою ладонь, и ты сожмёшь мои пальцы так, как будто это последнее, что ты можешь сделать. А потом мы будем бесконечно говорить, не произнеся ни единого слова, о том, как могли жить доселе друг без друга, но не станем загадывать наперёд. А потом ты, как всегда, спросишь меня о чём-нибудь так, как умеешь только ты, и я обрадуюсь твоему вопросу, как старому знакомому, который давно не забредал на огонёк, а однажды явился на исходе дня, принеся в дом радость долгожданной встречи. А потом я отвечу тебе, и ты долго будешь глядеть в мои глаза, не отрываясь, словно надеясь найти в их глубине какой-то другой ответ, но, не найдя, как и прежде, молча положишь голову мне на плечо и закроешь глаза. А потом кленовый лист, кружась, упадёт с ветви тебе на грудь, и я побоюсь смахнуть его на землю, чтобы не побеспокоить твоё тихое дыхание. А потом я приглушённо выдохну сквозь неплотно сжатые губы, вот так: "шаааа...", но ты почему-то не догадаешься, что таким образом я просто стараюсь запечатлеть в памяти этот момент, плотно связав его с твоим именем, или же догадаешься, но ничего не скажешь о моём глупом и смешном жесте.
А потом я проснусь. И всё.

©  Lazar N. Cane

@темы: мир как текст, настроение №1: на одном дыхании

04:02 

Things to do in Select-Location when you're dead

Ты - только голос в моей голове.
Они боятся смерти? Все просто…

Они не пили пиво на скорость с блядовитыми канадскими Барби; не ночевали на кладбище; не трахались впотьмах на заднем сиденье джипа, припаркованного в лесу; не курили гашиш, наблюдая за пираньями, рвущими золотых рыбок; их любимым не предлагали стать моделями для съемок в глянцевых журналах; они не хлестали текилу из горла; не встречали рассвет в маленьких горных монастырях; не занимались по пять часов виртуальным сексом на транслите; не приводили к себе бездомных собак; не были на концерте Брэндона Марсалиса, не сводили с ума одних и не вытаскивали из петли других; они не читали лекций; не носили золотые браслеты, сделанные две тысячи лет назад; никого не хоронили и не никому не дарили жизнь; не буянили в пятизвездочном номере с мини-олигархами, одного из которых несколько лет спустя почему-то выбросили из окна; не переводили Горация; не танцевали на столах в безумных барах; не читали чужие мысли; не давали интервью; их стихи не превращались без их ведома в песни; они не слышали Средиземное море в телефонной трубке; ради них умопомрачительные лесби не собирались менять ориентацию; у них нет знакомых гениев и ззззлодеев; они не нюхали кокаин на осеннем ветру; не занимались любовью на улице; никто никогда и не думал рисовать их портреты или посвящать стихи; они не знают вкус соленых от слез губ; не просыпались в вытрезвителе, неизвестно чьей квартире, на вокзале, в претенциозном отеле, палатке, офисе, случайной постели; их строки не читают своим любимым; они не дрались в подворотне; не заваливались в драных джинсах на "квадратные" тусовки; не ругались с темными магами; не наслаждались вином старше себя; не вызывали ненависти; не сочиняли мифов и анекдотов; не обсуждали с бродягами историю философии и не скупали души. Et cetera, et cetera, etc...

©  Маленький товарищ Микки-Маузер

@темы: настроение №1: на одном дыхании

15:03 

Ты - только голос в моей голове.
счастье - когда надуваешь мыльные пузыри и не думаешь о том, что они лопнут.

©  so?

@темы: настроение №1: на одном дыхании

23:51 

Ты - только голос в моей голове.
Я входил к слепому негру в клетку, писал на его лодыжках иероглифы, так похожие на линии твоих ладоней, брил подмышки скутером мраморному Атилле в подвале виллы на Рублевском шоссе, верил в Черные буквы, Красное сухое, Белое полусладкое, Желтую тоску, короче, верил в море, подвергался жестоким пыткам времени, питался как кактус безвременьем (на безрыбье и рак рыба), рылся в чужих бумагах, не находя нужного адреса, не знал, куда дальше ехать и ехать ли дальше куда, рисовал на бумаге выдуманный город, но, однажды попав на его улицы, испугался и выбрал небо, а на небе сделал маленькую дырку и смотрел через нее на шестеренки вселенной, и когда кто-то залепил дырку чем-то липким и смотреть стало больше некуда, я просто вошел в двери универмага и купил себе банку супа на ужин и сигареты …

© отсюда

@темы: настроение №1: на одном дыхании, all that jazz

20:53 

Ты - только голос в моей голове.
Ты же знаешь, мы вечные, мальчик. Там, где зима и зима ствол в ствол, зеркало в зеркало распахнет ледяные коридоры, черные, головокружительные, там и есть наш тихий омут, наш бескрайний дом. Дети не выманят нас оттуда наивной ворожбой, не спутают нитями, не вычешут гребнями. Там я жду, раскрыв длинные руки, чтобы положить тебя голым камнем на горячий живот. Там я жду, пока ты ищешь меня в каждой. Намечтай себе, пока это можно, тонкий язык и гибкое горло.

Знаю, ты любишь, как пахнет асфальт, свежий, рассыпчатый, с дымком, - и мокрый рассветный; любишь ржавые ряды гаражей вдоль рельс, тополиные клейкие почки, и пугающих бражников, бьющих поклоны перед дачной лампадой. Будто в каждом из них - душа, а на душе - тяжкий грех, искупить который может только смерть, только смерть. Любишь марлевый полог под яблоней, тяжелое от росы ватное одеяло, тянущую сладость внизу оттого, что видел меня во сне, без лица и без голоса, но узнал, не мог не узнать. Ты все еще там, лежишь, закинув за голову острые мальчишеские локти, и тебя еще зовут пить молоко, и звездное колесо еще поворачивается над тобой, задавая тон твоей неизъяснимой печали. Много раз повторится это беспокойное чувство нетяжелой утраты - так видишь утекающий песок в часах, воду в реке, прибывающую луну, секундную стрелку. Ты все еще лежишь там, а я тебя жду.

Жду, пока ты открываешь новые страны, новые письма, новые книги, новые бутылки, получаешь дурные вести и заслуженные пощечины, разворачиваешь вкусно пахнущих женщин в хрустящих обертках, провожаешь облака, поезда, старый год под бой курантов, празднуешь рождения дочерей, одерживаешь победы, сдерживаешь слезы. Терпеливо жду, как ждет медленный полусонный коньяк в дубовой бочке, как ждет плененный джинн, как ждет тайфун в сердце океана. Я же знаю, мы вечные, мальчик, и где бы ты ни был, каждый твой шаг приближает тебя ко мне.

© Анна Ривелотэ

@темы: настроение №1: на одном дыхании

16:30 

Ты - только голос в моей голове.
Везде эти женщины, свихнувшиеся на отношениях, не на сексе (ах, если бы) – на липкой белёсой субстанции, пачкающей пальцы, которую они называют любовью. За каждой тянется клейкий след: люби меня – потому что я тебя люблю; спи со мной – потому что я тебя люблю; не спи с другими – потому что я тебя люблю; работай для меня – потому что я тебя люблю. Не смей быть счастливым без меня – потому что я тебя люблю.
И не понять, когда это начинается, ведь сначала всего-то и нужно – прижать его руку к своему лицу (сначала к щёке, потом чуть повернуть голову, губы к ладони, обежать языком линию сердца, прикусить пальцы). Серебро на безымянном, царапина на запястье. Думала, жизни не хватит, чтобы перецеловать.
А глаза были вот какие: медовые. На лугу, где трава пожелтела, где пчёлы собрали запах от красных цветов, и от белых, и от всех трав; где солнце разливало золотое молоко - там заглянула и подумала: не насмотреться.
И во всякой толпе обнимала, прижималась боком, и грудью, и спиной, вилась вокруг, как лисий хвост, трогала и ладонью, и локтем, и коленом, и плечом. Запускала руку под рубашку, гладила, царапала и щипалась тоже, потому что невозможно не прикасаясь. Думала, не отпустить.
Только не уходи, миленький, никуда от меня не уходи, дай на тебя смотреть и сам на меня смотри, и трогай, и улыбайся. Если надо, я под дверью подожду, только не долго. Работай, конечно, главное, не отворачивайся от меня, никогда не отворачивайся. Сделай так, чтобы я была спокойна, думай обо мне всё время. Просто пообещай. Мне никто не нужен, кроме тебя, и тебе никто не нужен, раз я есть.
Почему так нельзя? Почему нельзя всегда быть вместе, за руки держаться, разговаривать? Разве это плохо? Есть правда: любить. Есть предательство: обманывать. Всего-то честности хотела.
Как только ни обнимала: и дыханием одним, и плющом, и паутиной, и железом. Убегает.
Плакала, курила, объясняла, кричала, проклинала, прогоняла. Возвращается.
Чтобы мучить? О чём думает? О чём ты, гадина, думаешь, глядя на меня желтыми глазами, чем ты пахнешь опять, чем ты опять пахнешь, что у тебя в волосах, сколько можно врать, о чём ты думаешь, скажи мне, скажи

Не скажет. Потому что не любит лгать, но нельзя же сказать, как есть – что думает он об утке-мандаринке, которая на закате вплывает в оранжевую полосу на воде и выплывает, возвращается и снова уплывает

© Марта Кетро

@темы: настроение №1: на одном дыхании

01:03 

Ты - только голос в моей голове.
Милый, я так устала от людей, которые ничего не знают о смерти. Ведь она всё время здесь, за плечом, как птица, а они говорят только о любви и думают только о себе. Что же с ними будет, милый, когда реки выйдут из берегов, а небо упадёт на землю? Что будет, когда последний из живых похоронит предпоследнего из мёртвых? Что будет, когда кровь ударит в голову и разорвёт сосуды? Что будет, когда сердце захлебнётся и встанет? Я давно уже не вижу молодых лиц – я вижу только лица, на которые ещё не легли морщины. Они говорят о весне, не чувствуя пламени, которое гудит под ногами, поднимаясь вверх по узким шахтам. Они лгут, но есть ли смысл во лжи, когда для нас существует одна только правда – мы умрём. Мы умрём, держа друг друга за руки, мы умрём, сжимая в ладонях пустоту, мы умрём, не приходя в сознание – как-нибудь, но мы обязательно умрём. Сдвинулись земли и остановились воды, солнце побежало быстрее, а луна отвернула своё лицо, потому что ей больно смотреть на нас. Левая рука твоя у меня под головою, а правая обнимает меня – но я вижу белые кости под смуглой кожей, а больше не вижу ничего. Не говори о любви, но расскажи всё, что ты узнал о смерти к своим тридцати двум серебряным годам, а тридцать третий разменял, да не потратил. Укатилась последняя монетка – по полу, по лестнице, по дороге, по лесам, по горам, по зелёным берегам, через реки. Я не поймала, а ты не догнал, жалеть поздно, но ты всё-таки расскажи – так-таки и нет ничего?

© Марта Кетро

@темы: настроение №1: на одном дыхании

14:10 

Ты - только голос в моей голове.
Если сердцу женщины находится господин, она никогда не откажется носить его клеймо. Пояса верности, ошейники, вериги и шрамы, да хоть скотское тавро во лбу – на все готова влюбленная, всему рада, всем горда, как горд вассал, встающий под знамена непобедимого сюзерена. И те из женщин, кто веками восстает против мужской воли клеймить их, отвергая маленькие насильственные знаки внимания, на самом деле остро страдают от внутренней нехватки любви. (Так у одних рожениц полные груди щедро текут молоком, другим приходится сцеживать по капле). Хочешь узнать, как глубока твоя любовь, – представь, что твой мужчина, выделив тебя среди прочих, пометил вечной метой.

© Анна Ривелотэ

@темы: Homo S, настроение №1: на одном дыхании

01:37 

Ревность, глубокой ночью

Ты - только голос в моей голове.
Кофе: четыре ложки на джезву, пробить ложкой корку, добавить корицу. Сигарета, почта.

Знаешь, если Бог есть любовь, то Он – есть, а если что-то другое, то нахрена тогда вообще все, испытания от Бога на самом деле – пытка любовью и бессмертием, чем же еще, ничто не сравнится с бессмертием, бессмертие делают хотя бы вдвоем, один не годится, делают везде, на кухне, за книгой, в постели, в детской, под дождем и в лунном свете, но если это бессмертие ты делаешь не со мной, то нахрена тогда вообще все.

Знаешь, у меня кончается кофе и потерялся носок из последней целой пары, кошка сговорилась с домовым, не иначе, все перетаскали по углам, теперь сидят довольные, жмурятся, да и ладно, потому что если кошки и домовые недовольны, то нахрена тогда вообще все.

Душ, кофе: четыре ложки на джезву, корица, мускатный орех, сигарета, не помогает.

Знаешь, мне ведь очень тяжело, я не понимаю, зачем эти тихие разговоры за стеной, эти закрытые двери, я ведь ворвусь в самый неподходящий момент, я ведь гадостей наговорю, я ведь глупостей наделаю, я ведь схвачу фотографию в черной рамке, я ведь собью ее с полки истеричным и детским жестом. Я ведь не посмотрю, что на моем столе – прекрасная пустота, что все диски разложены по местам, все альбомы закрыты в шкафах, все кольца заперты на ключ. Я ведь пропущу все это, не увижу, не захочу, меня будет занимать только тихий разговор за стеной, да стон иногда, да смех, да пара не моих ботинок в прихожей. Потому что если твое бессмертие не со мной, то как мне оставаться в живых, а если я жив, а твое бессмертие не со мной, то нахрена тогда вообще все. Знаешь, мне надо докупить бумаги, я вчера извел на эскизы последние три листа, да так ничего путного и не получилось.

Сигарета, входная дверь, лифт, магазин, лифт, входная дверь, сигарета, не помогает.

Знаешь, я ведь все понимаю, но так же тоже нельзя, ты со мной совсем чуть-чуть, с другими – куда больше, говорим мы только вечерами, вот еще по утрам я тебя почти подстерегаю в те полчаса, что у тебя между кроватью и хлопком двери, мне мало, понимаешь? Тут ходят какие-то люди, они остаются здесь на ночь, иногда на неделю, ты ходишь с ними, ты обещала провести со мной отпуск, а проводишь его черт-те с кем, да еще и плачешь при этом, я что, должен смотреть спокойно? Ты кому-то пишешь каждый день письма, ты хмуришься, когда читаешь то, что пришло в ответ, я не лезу в твой ящик, у нас так заведено, что не лезу, но я же вижу, как ты хмуришься и шепчешь что-то, когда куришь, и что-то доказываешь кому-то, и он тебе отвечает, всегда отвечает, торопится, выбивает из клавиш гроздья слов, и я вижу, как растет бессмертие между вами, и я сжимаюсь весь, у меня рука не поднимается разбить этот хрупкий замок, он так прекрасен, но если он выстроен не со мной, то нахрена тогда вообще все.

Кофе, четыре ложки на джезву, сигарета, что же я собирался сделать с этим куском дерева?

Отстань ты от меня, мой ангел, не смотри укоризненно, я останусь в этом доме, я буду протрачивать кофе, бумагу, носки и сигареты, мне мало сорока дней, мне мало сорока лет, я жив, пока жива она, мало ли, что там через меня видно и кошка ходит насквозь.

© Александр Шуйский. "Сказки третьего часа ночи"

@темы: настроение №1: на одном дыхании

14:20 

Ты - только голос в моей голове.
Не по Дарвину же жить, говорю я тебе, а ты спрашиваешь - а как тогда, ведь никакой же парадигмы, никакой определенности, девочка на шаре давно внутри него, и каждый новый шаг - с усилием, нужно сохранять равновесие, нужно попирать стопой, нужно двигать мир, внутри которого идешь, на это уходят все силы, куда уж там смотреть на дорогу.
Как-нибудь приспособимся, говорю я тебе, в текст мы все уже прекрасно умеем превращаться, некоторые вовсе оборотнями стали - как полнолуние, так они в книжку. И веселятся там вовсю, а потом просыпаются утром, жмурятся сонно и на вопросы отвечают: кто? я? да я только что проснулся!
Следующая остановка - человек дождя, говоришь ты, и почему бы нет, человеком дождя смоет текст, заберет в себя буковки, как в чернильницу, понесет по воде аки посуху и по суше аки водой, но про воду я писал уже много раз, я ее опасаюсь, воды этой, проточная вода - вода безумия, ни войти дважды, ни напиться, ни слова оставить, чтобы не унесла, сколько я уж писал вилами по воде, эта бумага не терпит, у нее терпения вообще нету, тут же съедает все, только круги расходятся.
Я лучше стану человеком сна. А ты, когда станешь человеком дождя, приходи к моему окну по ночам.
Поговорим.

© Александр Шуйский. "Буковки". ("Сказки пятого часа ночи").

@темы: настроение №1: на одном дыхании

01:51 

Ты - только голос в моей голове.
Иуда говорит:
Как бы нам, мое сердце, пережить эту плохую, негодную, страстную неделю? А затем еще одну, и еще, и еще, и так до тех пор, пока не наступит весна с глазами цвета твоего неба?
Как бы нам, мой хороший, растянуть эти тридцать монет на такой преогромный пост, как бы нам прожить на хлебе и рыбе, неразменных хлебе и рыбе, как бы нам напиться хмельной воды на какой-нибудь свадьбе?
Как бы нам сменить пыльный выцветший плащ на царский багрянец, где бы нам добыть венец, из каких цветов, ведь еще не сошел снег, и одни шипастые прутья торчат из земли вместо роз?
Как бы нам, мой бессмертный, обернуться в саван, лечь под камень и воскреснуть на третий день, чтобы открыть глаза, - а уже весна?
Христос говорит:
Как-нибудь, мой мальчик, как-нибудь.
Ты только к осине не подходи.

© Александр Шуйский. "Про держателей и раскачивателей". ("Сказки пятого часа ночи").

@темы: настроение №1: на одном дыхании

18:32 

Ты - только голос в моей голове.
Если я бумага, то пиши на мне,
я держатель тебе.
Если я холст, то рисуй, а то еще можешь крестиком поучиться вышивать, тоже дело хорошее.
Я держатель тебе.
Если я воск, то лепи из меня -
я держатель тебе.
Но мять бумагу не смей, резать холст не моги, жечь воск не вздумай, я держатель тебе.
И держи, держи меня, когда раскачаюсь я сам, когда ты мне - бумага, холст и воск, и не дай смять, порезать и сжечь.
Ныне, присно и во веки веков.
А со всем остальным я и так управлюсь.

© Александр Шуйский. "Про держателей и раскачивателей". ("Сказки пятого часа ночи").

@темы: настроение №1: на одном дыхании

15:38 

Ты - только голос в моей голове.
телеграфом

ветер сменился четвертую ночь кряду грозится сорвать карниз скоро здесь будет ноябрь тебя бы если не можешь приехать хотя бы снись

© Ortaine

@темы: настроение №1: на одном дыхании

08:59 

Верховные Существа и Ближний Восток

Ты - только голос в моей голове.
Верховное Существо уткнулось носом, или что там у него есть, в другое Верховное Существо и бормотало, засыпая: “Ой, ну как же я раньше не догадалось, так все просто оказывается, сидишь, голову ломаешь, в чем дело не понимаешь, потому что когда у тоски есть глубокие психологические причины, это как-то облагораживает, а мне иногда хочется немножко облагородиться, и тут вдруг бац – и нет никаких причин, а просто хочется, чтобы посадили на коленки, и по голове гладили, и по спинке тоже, и на ушко тихонько говорили, что я никогда не умру, и ты всегда будешь рядом, и мы будем жить долго и счастливо, и вообще никто никогда не умрет... а вдруг и вправду, получится? Может, попросить мира на Ближнем Востоке? До кучи? А то я вечно ставлю личное выше общественного... Или пусть уже другие просят, которые взрослые, ответственные и совершенно вменяемые, и которые "вообще, приди в себя, ты же все-таки Верховное Существо", а я все равно хочу на ручки, и чтобы по голове гладили, и тогда я еще немножко поплачу, а потом засну. А с Ближним Востоком будем разбираться завтра, на свежую голову”.

© Гала Рубинштейн.

@темы: настроение №1: на одном дыхании

16:20 

Ты - только голос в моей голове.
Любовь моя, я объездил весь Мир за час и обнял каждый его баобаб, даже тот, что растёт в книжке про Маленького Принца: я очень хотел показать тебе, как я скучаю.

© sailors song

@темы: настроение №1: на одном дыхании

Цитатник @пользователя Кошка Мёбиуса

главная